Курс валют

Что русскому хорошо, то японцу - смерть

Недавно я родила первого ребенка в роддоме под Токио. Тогда я удивилась тому, что и в роддоме и в местном санитарном управлении все акушерки давали роженицам совсем разные советы о родах и о новорожденных. С одной стороны, это естественно. Как воспитать ребенка - не математика, не химия. Нет единственного, правильного ответа. А с другой стороны, я привыкла к строгой системе нашей университетской поликлиники, где все врачи имеют исключительно общий подход к лечению.

По крайней мере, врачи явно не выражает сове собственное мнение, особенно, если оно не совпадает с нормами поликлиники. Наши же акушерки не скрывают свои мнения и убеждения. Они гордятся своей оригинальностью и самостоятельностью. И это напоминало мне Россию.

Вообще в Японии то, что четко определено по правилам, по обычаю или по традиции, более или менее строго соблюдается. Ожидают от тебя нормативного поведения в каждой ситуации - в офисах, на свадьбах, на похоронах, на кафедрах, на улице и т.д. Знаменитый французский футбольный тренер Филипп Труссье удивился, когда он видел, как японцы бессмысленно стояли у красного светофора на пустых перекрестках. На эту картину обратил внимание и русский эссеист Петр Вайль: "Я от беспардонности перехожу улицу по ситуации, а не по светофору не только в распоясанной Америке, но и в Германии, например. А тут послушно стоял на пустых перекрестках, дожидаясь зеленого света. Никто не осудит - корректность безупречная, - но есть ощущение, что окружающие умрут, если двинешься на красный свет. Даже не от стыда или страха за тебя, а просто перед лицом не имеющего названия ужаса..."

А японский филолог Инухико Йомота пишет о том, как он чувствовал, когда вернулся в Японию из Израиля, где он прожил несколько месяцев: "Жаль, уже пора вернуться в страну невероятной сырости и строгой пунктуальности, в Японию. Я всегда становлюсь мрачным, когда думаю о возвращении..." Словом "пунктуальность" Йомота выражает комичность слишком регулярного образа нашей жизни, негуманную систематичность, машинальность, и, скажем, бюрократизм нашего общества. У нас, если когда-то ответ уже был дан, он становится единственным, правильным ответом, т.е., нормой, психологически ограничивающей свободу поведения. Наше общество не разрешает исключений. В этом находится особенность японской ментальности. Недаром у нас часто употребляется поговорка: "Торчащий гвоздь следует забить".

А в России мне часто кажется, что не существует в принципе единственного ответа. Если что-то уже определено по правилам, по договорам, русские сразу начинают искать удобные себе исключения. Когда я поступила в японский университет, на первом занятии русского языка профессор пугал нас: "Русский язык имеет сто правил и тысячи исключений (или, может быть, он сказал, "тысячи правил и миллион исключений"". На мой взгляд, это выражает особенность и русского общества.

Существует норма, притом, весьма строгая, а одновременно она относительная. Возьму самый банальный пример: русские продавщицы предлагают не всегда одинаковый сервис. Они могут относиться к покупателям совсем по-разному. Это зависит не от нормы общества, не от нормы магазина, определенной директором, а зависит от настроения и личностей самих продавщиц.

Другой пример. Наш университет принимает многих иностранных студентов как стажеров и посылают наших студентов в разные страны. Но только российские университеты дают нашим студентам больше (речь идет о стипендиях, о цене общежития, учебы и т.д.), чем обещано по договору и, естественно, ожидают от нас тоже большего. Но эти примеры - вроде бы мелочи, но жизнь состоит из тысячи мелочей.

К тому же, это проблема психологическая и духовная. Я могу ошибаться, но, мне кажется, стремление к исключениям, уклонениям от нормы, любви к самостоятельности - часть русской ментальности. И не только мне так кажется.

Однажды в московском кафе 30-летний русский, который десять лет работал в Японии и занимается переводом японской современной литературы, рассказал нам о разнице между русским и японским обществами: "Если вы хотите сделать это кафе "своим", надо общаться с официантками, платить немного больше и установить хорошие отношения с ними. Тогда в следующий раз вас примут теплее, чем других. В России надо самим завязывать личные отношения с другими. В Японии вы так живете, как будто вы ходите по одной гладкой прямой дороге. А здесь можно и нужно самим прокладывать эту дорогу. Вы можете проложить ее в любом направлении, можете идти куда угодно. Все зависит от вас. Это такая свобода".

Он хорошо знает японский мир и поэтому остро ощущает русскую особенность по сравнению с Японией. Я тоже часто чувствую такую свободу в России, и это мне приятно. Конечно, такое общество отнимает большую энергию у человека - всегда надо договариваться, общаться, стараться. Моя русская подруга-японистка, живущая в Японии, говорит, что ей здесь комфортно, так как можно жить без ненужных конфликтов и напряженных ситуаций. А я предпочитаю русский многообразный человеческий мир, чем нашу машинальную систематичность, даже если стремление к исключениям и самостоятельности возникает как протест против слишком суровой нечеловеческой системы.

Но когда я рассказала об этом своей русской подруге-психологу, она сказала, что я так себя ощущаю, только потому, что я в России живу свободной студенческой жизнью, и у меня в России нет ни должностей, ни обязанностей. Наверное, она права. Как можешь говорить о "свободе" чужой страны, если ты там никогда не работал, не имел никакого начальника, не платил налоги, не занимался сложными процедурами приватизации или продажи квартиры, не беспокоился о будущем своего сына в армии?




одежда для беременных оптом

©2007-2016, oko.kg.

Яндекс.Метрика